Режим лизинга приравнивается к режиму кредита в случае банкротства лизингодателя

   

Экономическое тождество лизинга и кредитования объясняет также наличие довольно крупного авансового платежа в договорах лизинга, который по своим размерам значительно превышает остальные платежи. В виде авансового платежа имеет место стимулирование кредитором заемщика к вложению части собственных средств в приобретаемый для заемщика предмет. Точно так же происходит в банковской сфере, в которой банк, за редкими исключениями, не выдает кредит в размере 100% стоимости вещи, которую хочет приобрести заемщик на кредитные средства, а только 70–80% от нее.

Сходство лизинга и кредитования под залог обостряет проблему фактически неравной правовой защиты, которую имеет кредитор в данных конструкциях. Если в конструкции кредитования кредитор имеет положение залогодержателя (ослабленное по сравнению с положением собственника), то в конструкции лизинга кредитор (лизингодатель) — собственник. Что это означает в случае банкротства?

Во-первых, при банкротстве должника предмет обеспечения включается в его конкурсную массу при займе под залог и не включается при лизинге. Это означает, что лизингодатель не делится с прочими кредиторами 20 или 30% от продажной цены предмета лизинга; сама эта продажа производится вне рамок дела о банкротстве, поскольку лизингодатель может потребовать выдачи имущества из конкурсной массы как его собственник. Наконец, лизингодатель получает за счет этого имущества преимущественно перед другими кредиторами не только основной долг, но и суммы любых санкций (при займе под залог ситуация складывается иначе согласно разъяснениям ВАС РФ в постановлении от 23.07.2009 № 58).

Во-вторых, при банкротстве кредитора в первом случае (при займе) в его конкурсную массу входят права требования к должнику, а не сам предмет обеспечения; именно они продаются с торгов, но стоят при этом дорого, потому что они обеспечены залогом. При банкротстве лизингодателя, напротив, остающийся во владении лизингополучателя предмет лизинга входит в конкурсную массу и, следовательно, конкурсный управляющий лизингодателя всеми правдами и неправдами стремится к тому, чтобы забрать его у лизингополучателя и продать с торгов. При этом возможные убытки лизингополучателя и требования к конкурсной массе конкурсного управляющего не смущают: чем больше будет собрана конкурсная масса, тем более высокое вознаграждение получит управляющий, а кому именно будут распределены деньги из ее состава, для него не так важно.

Чаще всего при лизинге банкротство лизингодателя приводило к следующим затруднениям для лизингополучателя. После внесения всех повременных платежей лизингополучатель стремился заплатить выкупную цену и получить право собственности на предмет лизинга. Однако часто согласно условиям договоров лизинга для этого требовалось либо подписать акт приема-передачи выкупленного имущества, либо даже заключить договор купли-продажи. Ни на то, ни на другое конкурсный управляющий не давал своего согласия, и ситуация для лизингополучателя становилась патовой.

Из двух описанных выше ситуаций банкротства должника и кредитора ВАС РФ предложил решение только для второй — банкротства лизингодателя. И это решение не формальное, а по существу приравнивающее режим лизинга к режиму кредита. Приобретение лизингодателем права собственности на предмет лизинга служит для него обеспечением обязательств лизингополучателя по уплате установленных договором платежей, а также гарантией возврата вложенного. По смыслу ст. 329 ГК РФ упомянутое обеспечение прекращается при внесении лизингополучателем всех договорных платежей, в том числе в случаях, когда лизингодатель находится в процессе банкротства либо он уклоняется от оформления передаточного акта, договора купли-продажи и прочих документов (п. 2 Постановления № 17).

Отсутствие решения в постановлении Пленума первой ситуации — банкротства лизингополучателя — не означает, что суды не могут применять мотивировку изложенного выше подхода, а именно признание собственности лизингодателя всего лишь обеспечительной конструкцией. Отсюда остается один шаг до того, чтобы признать, что эта собственность может быть ограничена таким образом, чтобы включать предмет лизинга в конкурсную массу лизингополучателя по аналогии с предметом залога при банкротстве залогодателя2. Надеемся, что судебная практика его сделает в обозримом будущем.

Судебная практика уже приравняла лизинг к кредиту при банкротстве и в ином отношении. Требования о лизинговых платежах за периоды, пока идет дело о банкротстве лизингополучателя, более не признаются текущими. Они были бы таковыми, если бы лизинг был разновидностью аренды. Однако поскольку господствующим является кредитное понимание лизинга, на эти платежи смотрят как на возмещение суммы кредита и процентов. Понятно, что ни сумму долга, ни проценты как текущие платежи при банкротстве должника займодавец получить не может. Соответствующее разъяснение по поводу периодических выплат и сальдо взаимных обязательств по договору лизинга попало в п. 3 постановления Пленума ВАС РФ от 06.06.2014 № 37 «О внесении изменений в постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации по вопросам, связанным с текущими платежами».

   

Читайте далее:

Финансирование является квалифицирующим признаком лизинга

Особенности расчетов при расторжении договора лизинга

Судебной защите подлежит сальдированное обязательство

Лизингодатель может просить обратить взыскание на собственное имущество

Источник - СистемаЮрист
     
     
← Архив новостей